February 15th, 2017

Недостаток средств мешает многонацианалам культурно бороться с русней

Многонациональность России недостаточно полно отображена в кинематографе, при этом вслед за якутскими фильмами, представленными в спецпрограмме Берлинского кинофестиваля, могут последовать картины из Татарстана и Бурятии, рассказала РИА Новости продюсер Сардана Саввина, сделавшая подборку российских фильмов для "Берлинале"-2017.

Фестивальная спецпрограмма NATIVe в 2017 году посвящена кинематографу, созданному представителями коренного населения крайнего Севера. Россию в данной рубрике представляют документальные фильмы "24 снега" Михаила Барынина, "Бог Джохогой" Сергея Потапова и "Книга тундры. Повесть о Вуквукае — маленьком камне" Алексея Вахрушева. Кроме того, в рамках спецпрограммы была показана короткометражная лента "Мальчик и озеро" Прокопия Ноговицына.

"Россия — страна многонациональная, но в кино это мало отображено. В регионах сейчас снимают много кино, но оно не всегда доходит до зрителя с большого экрана. А ведь снимают кино и в Бурятии, и в Татарстане, и у нас, в Якутии. Мы должны рассказывать детям о разных народах страны, и кино может быть отличным инструментом для этого. В советское время было много разного национального кино, жаль, что сейчас этого нет", — сказала Саввина.

Она уточнила, что, составляя подборку российских фильмов для "Берлинале", ожидала, что в программу NATIVe отберут один фильм, но в итоге было выбрано сразу три ленты, поскольку проблемы Арктики сейчас актуальны для всего мира.
"То, что снимают сейчас, это, по сути, кино любительское, без господдержки, я не буду озвучивать суммы, за которые это снимается, но они совсем смешные. Еще и важно продвижение, ведь кинотеатры сейчас почти все частные, и они не хотят показывать национальное кино, ведь на этом много не заработаешь. Нужно организовывать фестивали, показывать национальное кино, больше говорить об этом, чтобы эти фильмы выходили на более высокий уровень", — предложила Саввина.

http://news.ykt.ru/article/53337?block.all

Все идет по плану...

Как сообщил «Нашей Ниве» пресс-секретарь минской милиции Александр Ластовский, участники пророссийской акции на площади Независимости, состоявшейся 4 февраля, привлечены к ответственности согласно статье 23.34 КоАП — нарушение установленного порядка проведения митинга.

По информации «Нашей Нивы», каждый из участников пикета, которых было шестеро, получил штраф 30 базовых величин (690 рублей).

Во время акции подчеркивалось, что «белорусы и русские — один народ», а европейские страны — «уродцы». Свое выступление участники записали на видео - это и помогло милиции их идентифицировать.
http://nn.by/?c=ar&i=185330&lang=ru

Чтобы помнить...

Оригинал взят у corporatelie в Комментарий к докладу начальника ОТП СИБЛАГа ОГПУ И.И. Долгих от 18 сентября 1933 г. о Назино
Как и обещал, привожу свои ремарки к опубликованному в предыдущем посте докладу начальника ОТП СИБЛАГа ОГПУ Ивана Ивановича Долгих, в том числе содержащим сообщение о Назинской трагедии.

1306576243.jpg
Именно Долгих нес персональную ответственность на высшем управленческом уровне СИБЛАГа за успешное проведение операции по расселению депортированных трудпоселенцев и осенью 1933 г. ему пришлось представить свою рефлексию и виденье произошедшего в Александро-Ваховской комендатуре на острове Назино в докладе на имя начальника СИБЛАГа А.Горшкова (см. предыдущей пост).

Сразу стоит отметить методологический момент. При анализе данного документа становится понятным насколько важно для более менее корректной и объективной интерпретации источники подобного рода ( сверхсекретные докладные записки руководящих сотрудников ГУЛАГа) сопоставлять со всем массивом известных документальных данных из максимально удаленных друг от друга источников. В историографии последних лет часто наблюдается некритическое доверие абсолютно всем фактам, цифрам и трактовкам, содержащихся в подобных официальных реляциях только исключительно потому, что, якобы, сам факт наличия грифа "совершенно секретно" предполагает отсутствие манипуляций с фактографией и повышает общую достоверность написанного. Более тщательный анализ репрезентативного количества документов разных уровней административных структур тюремно-лагерного ведомства свидетельствует, что , напротив, бюрократическая иерархия ГУЛАГа и партийно-советских органов, зачастую, скрывала многочисленные узлы личных, ведомственных и идеологических интриг и противоречий, которые напрямую коррелировали с характером составляемых докладных записок, рапортов и отчетов. Как бы может банально этот тезис не звучал, но секретность документа, особенно в случае пенитенциарных и силовых ведомств, совершенно не гарантирует достоверность изложенного.

На примере данного доклада «ведомственная» попытка исказить фактографию и как-то оправдаться видна особенно хорошо.

Во-первых, Долгих при характеристике «спецконтигнента» ни разу не упоминает об оперативном провале милиции и ОГПУ Европейской части СССР. Напротив, замначальника СИБЛАГа делает широкое обобщение и пытается представить депортированных как сборище опасных и агрессивных уголовников. Долгих отмечает : "весь контингент представляет собой самую деклассированную массу из городов - отбросы человеческого общества. Эта городская шпана, готова на все: грабеж, убийства и все охотно с гордостью заявляют о своем Московском и Ленинградском происхождении". Однако, данное утверждение банально не соответствовало фактической стороне дела. Действительно, на Назино были высажены уголовники и рецидивисты-тут Долгих не врал. Но слукавил гулаговский начальник в другом. Одними урками дело не ограничивалось. Все проверяющие Александро-Ваховскую штрафную комендатуру по горячим следам- а именно комиссия окружного прокурора Старикова и зампреда ОК КК Эйна, инструктор-пропагандист окружкома ВКП(б) Величко, даже коллега Долгих по лагерю- инспектор СИБЛАГа Перепелицын констатировали, что на остров Назино было выброшено множество совершенно случайных людей, не являющихся "деклассированным рецидивом”, а попавших «под горячую руку» милиции и сотрудников транспортных отделов ОГПУ на вокзалах больших городов в ходе грандиозной «социальной чистки» весны 1933 г. Cмешение уголовников со случайными гражданскими лицами серьезно усугубило и без того катастрофическую ситуацию на острове. Долгих об этих фактах принципиально не упоминает- в его изложении есть лишь только "рецидив", причем «ленивый». По сути, замначальника СИБЛАГа сознательно занимался «диффмацией» высланных.
В реальности картина была куда печальнее.
Если даже не брать в расчет известное письмо Величко, который впервые обратил внимание на этот оперативный провал силовых ведомств Европейской Россиии, то даже назначенная из Москвы так называемая " комиссия Ковалева" ( причем совместно с такими серьезными гостями из Москвы как И.И. Аранутовский, оперуполномоченный 3-го отдела центрального аппарата ГУЛАГа ОГПУ СССР) констатировала следующее об этом "рецидиве":
Collapse )
Как демонстрируют документы делопроизводства врачебного персонала СИБЛАГа а острове были выброшены и беременные женщины. Их всех Долгих «скопом» записал в «рецедив» и «отбросы человеческого общества».

Более того, в докладе Долгих рельефно проявляется менталитет гулаговских сотрудников эпохи первых пятилеток. В некоторых фрагментах отчета явственно проявляются специфически гулаговские принципы сверхэксплуатации системы подневольного труда. Что мною понимается под принципами сверхэксплуатации? Если очень кратко- к трудпоселенцам в это время относились как к очередному материальному ресурсу, подлежащему безжалостной «трудовой эксплуатации» даже в условиях катастроф. Это отчетливо видно даже по несколько дегуманизирующей лексике и устойчивым выражениям, применяемых Долгих по отношению к трудпоселенцам – "имеют место случаи прямого и непрямого сопротивления новых т/п мероприятиям по их освоению".

На мой взгляд, показательным свидетельством этой институциональной и часто недостаточно рефлексируемой даже специалистами жестокости является наличие в докладе оценки перспектив "трудового использования" депортированных.
Т.е даже после того как сотни людей погибли голодной смертью, а выжившие нуждались в срочной госпитализации, высшие эшелоны СИБЛАГа в лице товарища Долгих продолжают рефлексировать на тему как же более эффективно заставить их работать далее. Лично мне поразительна логика доклада. Несмотря на то, что сам Долгих подчеркивает инфраструктурный коллапс в комендатуре (горячая пища выдана месяц спустя после высадки людей на остров, нет никаких построек, медицинская помощь на самом рудиментарном уровне, массовая заболеваемость дизентерией и т.д.) и экстремальную смертность среди высланных, он все равно по заведенной в лагерях ОГПУ административной практике автоматом оценивает перспективу эксплуатации депортированных и критикует коменданта за то, что тот неэффективно заставлял сосланных работать.
Замначальника СИБЛАГа отмечает - "Уровень трудолюбивости рецидива крайне низкий. Комендант до сих пор не был в состоянии заставить их работать (. Это, конечно, больше по вине самого коменданта, не проявившего никакой энергии в этом направлении. А факт такой, что большинство прямо отказывается от работы: "умрем, а работать не будем", заявляют открыто более смелые, "убежим отсюда, нам это не страшно, но мы из Соловков убегали по несколько раз".

Очевидно, что отказ от работы для лагерного начальства- преступление высшего разряда, даже если первые несколько дней трудпоселенцев кормили мукой, они массово вымирали от голода, строений на острове нет, а выдача горячей пищи налажена месяц спустя.
Установка на сверхэксплуатацию трудпоселенцев «во что бы то ни стало» видна и в следующем эпизоде.
Прибыв на остров 20 июня 1933 г., Долгих выступает перед истощенными депортированными с традиционной для эпохи мотивирующей мобилизационной речью с посылом "нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики". Содержание этой речи изложено в докладе: "Перед собравшейся толпой рецидивистов на участке, я сообщил, что путем хорошего поведения и преданной работы они могут добиться досрочного освобождения, что работающим мы дадим усиленный паек, табак, одежду и проч., что злостно не желающим работать мы дадим лишь иждивенческий паек, а бегущие будут переданы Коллегии ОГПУ, что больным и слабосильным мы окажем все виды помощи и т.д. Лишь немногие восприняли мои слова как призыв к работе и нерешительно откликнулись на них. Большинство не желает работать. А те, немногие, которые приступили к работе, очень лениво выполняют свои обязанности.
При чем паек не был использован в качестве рычага для установления трудовой дисциплины, ибо на равных началах выдавался работающим и не работающим
".

Даже в атмосфере полноценной гуманитарной катастрофы начальствующие лица лагуправления, находясь на острове в буквальном смысле наполненным дистрофиками с дизентерией и 31 могилами (в одной из которых по итогам расследования Долгих было 53 трупа), продолжают проявлять типичный для первых пятилеток «индустриальный прагматизм»- критиковать сосланных за плохое выполнение обязанностей (sic) и пафосно вещать о преданной работе во благо его величеству производственному плану.
И эти рулады произносятся перед истощенными людьми, не получавшими горячей пищи больше месяца, пораженными разными болезнями и просидевшими в компании уголовников несколько недель без крова и еды на почти девственно голом острове на Оби.

Другие два момента, которые явно заставляли Долгих нервничать- повальная смертность среди трудпоселенцев, которая в разы превысила все допустимые "плановые" показатели, принятые в Сиблаге в это время (обычно не выше 5% за год, а не за недели) и факты людоедства, явившиеся предельным свидетельством разложения социальных отношений в комендатуре из-за невыносимых условий длительного пребвания (больше месяца) на острове без минимальной инфраструктуры. Перечисленное в перспективе грозило определенными неприятными последствиями.

Поэтому Долгих немедленно проявил чекистскую бдительность и стал искать в повышенной смертности и людоедстве "политической подтекст". Интересно проанализировать как менялось отношение Долгих к интерпретации каннибализма на острове- оно не было статичным и эволюционировало . Изначально, судя по резолютативной части протокола совещания  руководящих партийно-советских работников и сотрудников СИБЛАГа ОГПУ на пристани деревни Назино Александровского района Запсибкрая о Назинской трагедии 21 июня 1933 г., Долгих решил принципиально отрицать эти факты как «антисоветский вымысел», выдуманный «рецидивом» для дискредитации управленческого гения СИБЛАГа ОГПУ. Затем, поскольку вся история получила слишком широкую огласку и была проверена целым сонмом разных ревизоров и медиков достоверно установивших эти ужасные факты, Долгих радикально меняет линию аргументации.
В комментируемом докладе (составлен осенью 1933 г.) заместитель начальника Сибирского ИТЛ уже не отрицает каннибализма как такового, но теперь отстаивает иную версию- каннибалы появились на острове по наущению административных политссыльных, а местная администрация не проявила достаточной расторопности и не разгадала антисоветского умысла в каннибализме и слухах о нем. Цитируя Долгих:Collapse )
Парадоксально, но Долгих совершенно четко рефлексирует и факт истощенности депортированных еще до прибытия на остров в Томской пересыкле при эшелонировании из Европейской части России и то что люди на девственно-чистом острове под открытом небом месяц(!) не получали горячей еды (первый эшелон высадили на Назино в середине мая 1933 г.) и отсутствие должной медпомощи. Однако эти элементы мозаики не складываются в его голове в логичное объяснение каннибализма. Кадровый чекист продолжает бдительно выдерживать «классовую линию», искать «антисоветский заговор» и «политический подтекст» посреди людей с дистрофией, объясняя произошедшее загадочным словом «оттанизм»(скорее всего имелся ввиду атавизм).
Наконец, оставался последний нюанс, который, по мнению Долгих, следовало как-то «рационализировать» в глазах вышестоящего руководства- а именно в плохом смысле красноречивая статистика смертности по данным актов комендантов. Долгих решил доказать некоторую завышенность представленных ему цифр.
По прибытию на остров, Долгих инициирует собственное расследование дотсоверности статистики смертности. По итогам пересчета и вскрытия могил на острове Назино, замначальника СИБЛАГа сформулировал версию о преувеличении цифр смертности самими депортированными в "политических целях" за счет включения в категорию умерших бежавших. Другим фактором, сыгравшим роль в искажении данных, по мнению Долгих, стала, якобы, "шкала дифференцированного питания" (за отсутствие которой Долгих журил комендантов абзацем выше).
Могильщики на острове получали пайковую муку по печально известной "дифференцированной системе" выдачи пайков, принятой в лагерях и спецпоселках ГУЛАГа в это время. Долгих подчеркивал, что " сама система погребения умерших внушает недоверие к указанным цифрам о смертности: работавшим на погребении выдавался "дифференцированный паек", в зависимости от количества трупов. Таким образом, при подаче сведений, они старались искусственно преувеличивать количество смертных случаев, зачислив сюда и бежавших.
По данным медсанперсонала на 17 июня имелось умерших на острове Назино 1167 чел., и на пунктах расселения 803 чел., всего 1970 чел., что составляет 32% от общего числа прибывших рецидивистов.
"
Однако и здесь Долгих идет на манипуляцию с фактографией. Понять это позволяют альтернативные документальные источники. После снятия коменданта Цепкова из СИБЛАГа для занятия должности прибыл новый комендант Фролов, который в августе и сентябре занимался переучетом депортированых и- что еще более важно- розыском бежавших. В сентябре он подготовил уже приводившуюся мной справку следующего содержания :”
Справка
По данным учета т/п Александро-Ваховской Участковой Комендатуры
на 20 сентября с/г. из числа прибывших 10289 деклассированных:
Умерло 1877 человек
Бежало 3682 человека. Всего - 5559 человек.
Цифра бежавших не соответствует действительности т.к.
1) На поселках многих хоронили по простому счету без наличия на них установочных данных, а отсутствующих при поверках числили в бегах.
2) Как видно из прилагаемой выписки из приказа № 141 по Уч. Комендатуре, громадное количество числившихся в бегах фактически умерло, причем указанные в приказе цифры обнаруженных тру¬пов т/п. далеко не полны, т.к. и до последнего времени продолжают обнаруживат[ь]ся не учтенные трупы умерших т/п. Таким образом, учитывая состояние здоровья т/п.[,] дальность пути и непроходимость, отсутствие соответствующих припасов и т.п. надо сказать, что бежать если и удалось, то только единицам.

Уч. Комендант (Фролов)
б/Зав. Учета (Подпись неразборчива)
Источник: ГАНО. Ф. П-7. Оп. 1. Д. 628. Л. 144. Рукописный подлинник, подписи - автографы.

Ссылался Фролов на приказ №141, в соответствии с которым «из числа бежавших обнаружено трупов на острове - 455 и в тайге – 991»
Как мы можем видеть, Долгих в своем докладе принципиально обошел стороной факт гибели бежавших трудпоселенцев в глухой тайге, окружавшей остров Назино. По сути, сознательно сам занявшись преуменьшением статистики смертности «из политических соображений», только своих собственных.
Как итог- приведенные факты еще раз свидетельствуют об источниковедческом труизме- даже сверхсекретные документы нужно как можно тщательнее и осторожнее перепроверять при помощи максимально репрезентативного массива альтернативных источников.

А что касается автора доклада, зам.начальника СИБЛАГа ОГПУ по вопросам трудпоселенцев Ивана Ивановича Долгих, то за такие фортели с фактографией, массовую гибель людей и провал операции ему был объявлен дисциплинарный выговор с предупреждением. По итогам прокурорского и партийного расследования он не был привлечен к уголовной ответственности и даже не лишился должности. Это к вопросу о популярном в некоторых идеологизированных кругах тезисе о "карающей руке центрального аппарата", в соответствии с которым  с негодными "перегибщиками" в 1930-е везде и всегда справедливо разбирались, если произвол становился известен Центру. 

"Убей немца!" как исконная иудейская специализация

Российский теле- и радиоведущий (((Владимир Соловьев))) рассказал об инциденте Российском геронтологическом научно-клиническом центре (НИИ геронтологии) в Москве, где медсестры-россиянки подрались с украинскими сиделками.

Как заявил журналист в эфире радиостанции «Вести FM», российских медсестер возмутило поведение украинских сиделок, передает Вести.Ru.

Последние якобы распивали алкоголь и бурно праздновали гибель под Донецком командира донецких ополченцев Михаила Толстых (позывной Гиви). В результате между россиянками и украинками вспыхнула ссора, переросшая в рукопашную. Разнимать драку пришлось врачам.

Как пояснил известный врач (((Александр Мясников))), сиделки не являются сотрудницами больницы — их отправляют частные фирмы, предоставляющие платные услуги по уходу за больными. Среди сотрудниц немало гражданок Украины, зачастую без права на работу.
http://www.mk.ru/social/2017/02/15/moskovskie-medsestry-podralis-s-ukrainskimi-sidelkami-prazdnovavshimi-smert-givi.html

P.S. У (((новгородцев))) давняя бригада провокаторов: Александр Леонидович Мясников с 2007 по 2012 год вел программу «Врача вызывали?», а с 2010 года – медицинскую рубрику на радио в программе В. Соловьева «Вести FM».